Атика (пролог + часть первой главы романа-фэнтези)

Раздел для любителей прозы

Модераторы: Globator, Сильфида, Любовь

Аватара пользователя
Чижик
Сообщения: 462
Зарегистрирован: Пт апр 23, 2010 2:08 pm
Пол: Женский
Antispam: Нет

Re: Атика (пролог + часть первой главы романа-фэнтези)

Сообщение Чижик » Чт сен 15, 2011 10:55 pm

интерсно! прочитала на одном дыхании!
Все странное потом - когда потом то??? :unknown:
Изображение

Tabic
Сообщения: 25
Зарегистрирован: Вс июн 05, 2011 3:53 pm
Antispam: Нет

Re: Атика (пролог + часть первой главы романа-фэнтези)

Сообщение Tabic » Пт сен 23, 2011 4:40 pm

Чижик, спасибо большое!) безумно приятно!))
Сорри за долгий ответ - работы навалилось)
Чижик писал(а):когда потом то???

просто Антон оставляет на потом все мысли о странном)
концентрируется на настоящем моменте)

продолжение:
***
Дима стоял, не в силах пошевелиться. Секунду назад за его спиной закрылась комната гостиной, в которой остался один единственный человек. Человек, который был замешан во всех злодеяниях, случившихся под крышами Сайфер-холла. Дворецкий Фред Бартон, чей голос меняется от случая к случаю, также как цвет глаз. Чья хромота, возникшая не так давно, объясняет странный вид цепочки следов на улице у самого дома. Кто натравил страшное чудовище на жителей Сайфер-холла. Теперь Саев был окончательно уверен в этом. Взвесив всё, он подчеркнул расчеты. Дима был не из тех, кто бездумно кидается в обвинения, и поэтому каждый новый шаг он делал с сомнением. Чтобы потом, в конце этого логического пути прийти к одному решению. А память тем временем подбрасывала хворост в разгорающийся камин:
- Интересно, зачем ему эти ключи? Тем более, такие здоровые...
- Вот-вот. Ими ворота открывать можно, причем не иначе как Вавилонские. А у нас и обычных-то нет.

Нет, Антох, никакие это не Вавилонские ворота. Это ключик от дверцы, за которой и держится это чудище.
За камином! Диму внезапно осенило. Слишком много ниточек тянулось в его голове к этому камину. Он вспомнил, как только что Фред отреагировал (как Диме показалось на его слова). Ведь смотрел он тогда именно на камин. Возможно, он что-то там увидел. И именно в тот момент, глаза его сменили цвет. Он одержим.
Дверь не поддавалась, но Дима не собирался отступать.
- Фред! – крикнул он, наклонившись к замочной скважине.
Дворецкий не отзывался. «Ему же хуже, - с какой-то удовлетворяющей злостью подумал Саев.
Толкнув дверь пару раз слегка - безуспешно - Дима собирался просто снять ее с петель чем-нибудь тяжелым, однако:
- Вы звали?
На пороге стоял дворецкий, как ни в чем не бывало смотрящий на Диму. Входная дверь за его спиной была открыта. Дима сжал кулаки. Он больше не в силах был терпеть пустых разговоров с этим человеком (или не человеком?). Он ринулся вперед. Он хотел сбить его с ног. Он хотел причинить ему боль. Дворецкий махнул рукой, и Дима упал навзничь. Парень не добежал до Бартона метра три (три, черт возьми!), Фред до него даже не дотронулся, но Дима лежит, а дворецкий стоит.
- И кто ты такой? – резко поднявшись, спросил Дима. Он решил не испытывать судьбу больше и улучить более подходящий момент для атаки.
Дворецкий молчал и не двигался с места. Измором решил взять. Или просто издевается. Дима сделал шаг навстречу Бартону. Тот снова взмахнул рукой, но сделал это медленно, словно не желая. В любом случае, Дима был готов. Он, не зная - как и почему, сделал странное замысловатое движение руками. Глаза дворецкого округлились, но полноценно удивиться он не успел: Дима резким движением выкинул обе руки вперед, и дворецкого отшвырнуло на улицу. Не помня себя, Саев рванул за Бартоном, глядя на свои руки.
- Что это? – выкрикнул он. – Я монстр? Что ты со мной сделал? – он посмотрел на Фреда и в нерешимости остановился: дворецкий корчился на земле, ковыряя ее скрюченными пальцами. Было ощущение, что Бартон оказался под огромным прессом, который вдавливал его в землю, не давая возможности выбраться.
Дима взмахнул рукой, так наугад, хотел проверить свои способности, но ничего не изменилось: Бартон корчился, тяжело и прерывисто дыша. Но вдруг все изменилось: его руки сомкнулись, и Дима почувствовал, как воздух нагревается и обжигает лицо. Дворецкий начал подниматься, и его физиономия искажалась в злобе. Не прошло и полминуты, как Бартон целиком избавился от Диминого пресса. Больше «тузов в рукаве» у парня не было, поэтому он просто ударил Фреда кулаком в челюсть. Послышался громкий хлопок. Дима никогда не бил очень сильно, хватало и просто крепких ударов, но в тот момент ему показалось, что голова дворецкого сейчас отлетит в сторону. Однако, она всего лишь качнулась. Глаза Бартона сверкнули (они были серого цвета - Дима это отчетливо видел) и Саеву стало тяжело дышать. Вначале комок подступил к гортани, чуть позже он начал раздуваться, распирая стенки. И вот уже шея молодого человека напряглась, а горло сдавили чьи-то железные руки. Воздух больше не проникал в тело, Дима это знал; но он знал, что осталось у него еще целых две минуты. Две огромных минуты, за которые можно что-нибудь придумать. Можно что-нибудь придумать, если что-нибудь случится… Вот только если уйдут эти люди, которые смотрят на него. Что им нужно? Какие странные люди? А где он? На болоте? Хи… Хи-хи… интересная мысль… но верная. Он действительно на болоте. Или они на болоте? Они выходят из болота? Пусть эти люди уйдут! Сколько времени прошло? Секунда? Минута? Надо было засекать. Сколько ему осталось? Может он еще может вырваться из этого болота? А может осталась одна секунда…
У него было больное сердце… Туман… туман над болотом. - Он надежный. Я его с детства знаю. Будьте спокойны - не пропадете. Плохо же ты его знаешь, дядя Джонни... Пусть эти люди уйдут… Мама?..
На него смотрела обезьяна. Знакомая морда, выложенная из мозаики, проплывала мимо. Дима лежал на полу и смотрел в потолок. Вернее не совсем лежал, а парил в воздухе и двигался в сторону лестницы. Его голова, казалось, сейчас разорвется. Она была, словно, набита металлической стружкой. Едва удержавшись от стона, Дима осмотрелся. Он находился в своем доме - хорошо! Он плыл по воздуху на высоте полуметра от пола без видимых возможностей - кто его знает - может хорошо, а может и плохо. Рядом шел Фред и, судя по всему, контролировал этот «заплыв» - не очень хорошо! Ах да, он жив - сойдет!
- И чего ты добиваешься? – усмехнувшись, спросил Дима.
Нет, он не хотел показаться героем-великомучеником, на эшафоте, исповедующим своего палача; и он не был идиотом, которому больше нечем заняться, кроме как говорить с человеком, держащем его тело на высоте полуметра. Он хотел знать. Знать, что происходит. Он уже понял, что намерения Фреда не столь однозначны, какими могут показаться с первого взгляда. Ведь если бы было по-другому, Саев бы уже не имел возможности размышлять. Значит, либо в Бартоне борется две личности (на эту версию Дима надеялся больше всего), либо участь парня может оказаться куда страшнее, чем смерть.
- Далеко собрался? – эхом разнеслось по холлу.
Фред обернулся. Дима, как мог, тоже. К ним, быстрым шагом пересеча порог, шел Элиус. Бывший слепой. Старик. И единственный житель деревни Стоун-идвич.
Дима снова взглянул на Фреда, в надежде увидеть изумление или страх и, можно сказать, увидел его: дворецкий широко улыбался, а люди часто скрывают за улыбкой страх. Бартон, обойдя пленника, все также не говоря ни слова, двинулся в сторону Эла.
- Уйди, старик, - наконец произнес он. Голос его опять напоминал фломастер, проведенный по стеклу, но в интонациях появились какие-то уверенные нотки. Раньше их точно не было, уж Дима-то был в этом уверен.
Элиус не ответил, начав демонстративно разминать руки.
Фред подошел настолько близко, что Эл мог бы ударить даже головой, но он стоял. Остановился и Бартон. Дима не видел, что происходило между этими двумя, но и отвлекать их не хотел. Действие продолжалось около минуты, после чего Фред развернулся спиной к Элу и лицом к Диме. Внезапно, как только Бартон сделал первый шаг, его тело опутали какие-то веревки, и его отшвырнуло назад, мимо Эла, к дверям. Старик резким движением развернулся к Бартону и вдогонку дворецкому полетел заряд молнии. Дима ахнул от неожиданности, однако все еще было впереди: Элиус подскочил к обездвиженному противнику и скрестил руки, направив ладони на грудь Бартона. Тело дворецкого свела судорога, руки и ноги изогнулись, пальцы вывернуло наружу. Но как и в прошлый раз, Бартон не издал ни звука. А боль, судя по всему, была адская. Как оно ее переносил? Удивительно. Хотя чего удивительного? Что вообще может удивлять человека, парящего в полуметре над полом и наблюдающего, как двое дерутся, не притрагиваясь друг к другу. В этот момент где-то вдали полыхнул огонь. Внезапно Элиус вскрикнул и отшатнулся к косяку двери. Его лицо побелело, а Фред уже стоял напротив противника, и его скрюченные пальцы были направлены на лицо старика. Эл не двигался, застыв как статуя, и его глаза смотрели прямо на Диму – в них был ужас. Затем его веки медленно сомкнулись, лицо свела сильная судорога, и тело Элиуса обмякло. Еще «поддерживаемое» руками Бартона, оно сохраняло положение, однако, когда дворецкий повернулся к Диме и отвел руки, Эл рухнул на порог, как тряпичная кукла.
Голова Димы взорвалась.
Нееееет!
- **! – крикнул он, но было уже поздно – теперь его собственное тело свела судорога. Дима мог даже закричать, но голосовые связки и те пережало чем-то… чем-то тяжелым и… склизким. Рот наполнился слюной металлической на вкус, и к горлу подошла рвота. Два или три позыва, и Дима лишился утренних бутербродов. Обессиленный, молодой человек, перевернулся несколько раз (все также паря в воздухе) и провалился в темноту. Прошло не больше секунды, как он снова смог видеть. Судорога отступила, но слабость все еще хозяйствовала в его теле: кружилась голова, и перед глазами все двоилось.
- Я умер, - с нервным смешком прошептал Дима, глядя вокруг. У него уже начали появляться галлюцинации: он видел брата, который протягивал ему руку… Этого не может быть… Или?

***

Краски смешались и закружились в быстром водовороте. За какую-то секунду Антон увидел полмира: леса, горы, реки, озера; даже дома, маленькие домике, как муравьи в муравейнике.
Туман…

Двери открыты… пустой холл, в который проникает свет с улицы… значит входные двери тоже открыты. Так, он все еще в столовой или гостиной, но он смотрит на дверь. Он хочет уйти?
Разве он хочет уйти? Он стоит, прислонившись к камину сбоку… нет, если б он хотел уйти, он бы ушел – его ничего не держит. Тогда в чем дело?
Он смотрит на дверь, он смотрит на дверь, он смотрит на дверь…
За дверью кто-то есть. Кто-то чужой…
Он твердым, но медленным шагом огибает кресла и идет мимо стола к дверям… С чего он взял, что там кто-то есть? Он что-то услышал? Увидел? Было что-то ДО!
Он стоит у камина… Смотрит на дверь… Одно кресло повернуто к двери, другое, вроде бы к камину…
Он не знает, что за дверью… Он остановился у середины стола в нерешительности, стараясь не упускать ни слухом, ни зрением того, что происходит вокруг… А главное там… в холле.
От напряжения начинают болеть глаза и сводить челюсть. Но он не двигается с места, словно выжидая, словно заманивая… Какой-то звук…
Треск… Треск и гул… Сзади…
Он оборачивается, облокотившись ладонью на стол… Он ищет…
Нож…
Нащупав на столе нож, он смотрит на камин… Что там?
Что-то не то… Что-то неправильно… Он смотрит на кресло… Одно обращено к камину… Другое к нему… В кресле кто-то есть…
Человек в плаще с капюшоном... вот, кто это был. Незнакомец, тот самый незнакомец... Тот, который со свертком...
Незнакомец говорит ему... Что? Незнакомец говорит ему порезать руку ножом...
Он не хочет... Незнакомец снова говорит это... Порежь... Порежь... Порежь...
Он начинает повторять за незнакомцем... Он слышит собственный голос... Порежь... Порежь... Порежь...
Или незнакомец говорит его голосом...
Порежь...
В его руке нож...
Несильная боль... Кровь...
Незнакомец что-то говорит... Он не слышит... Но он уверен в том, что незнакомец прав...
Незнакомец говорит правду... Незнакомец никогда не лжет... Он знает это...
Он уверен...
Он берет в руку камень... Он укладывает ее в окровавленную ладонь... Он сжимает ладонь...

Гул усиливается... какой приятный звук...


Туман рассеялся…


Теперь Антон вспомнил все, что произошло в тот день. В Сайфер-холле был незнакомец, и он каким-то образом (может гипнозом) заставил Антона порезать руку и сжать в ней камень. Тем самым, наверное, оказаться в полно власти этого человека. Во всем виноват камень. А Зоран сломал его. Теперь все ясно. Туман рассеялся. Внезапно тело сдавило, словно Антона запихнуло в узкий резиновый шланг, и в ту же секунду он вдохнул свежий летний воздух. Пахло лесом, озерной водой…домом. Саев поднялся с земли и оглянулся: его вынесло к берегу озера у подножья холма. Того самого холма, на котором стоял Сайфер-холл. Величественный и ужасный Сайфер-холл, ставших их домом. Он вернулся домой.
Но что-то не то. От замка шло какое-то напряжение. Антон секунду постоял, сосредоточившись на ощущениях: тревога, боль, воздух чуть тяжелее обычного – такие чувства возникают на местах старых сражений. Вдруг над головой Антона пролетела молния. И ушла в лес. Откуда она возникла, не было сомнений: в доме происходит что-то ужасное. Антон, что есть сил, рванул вверх по холму, щупая по привычке карманы: ура, палка на месте! Он не вернул Зорану его оружие; ну да ладно, Антону оно больше пригодится, тем более – у старика есть свой экземпляр.
Саев запыхался: холм казался непреодолимым, да и все случившееся дало о себе знать – силы покидали молодого человека. Ну вот, почти показалась вершина треклятого холма и Антон, держа оружие наготове выскочил на полянку перед своим домом. Картина оказалась нерадостная: двери распахнуты настежь и чуть ли не сняты с петель; прямо на пороге лежит, распластавшись в неестественной позе какой-то старик; рядом с ним маячит спина вроде бы Бартона; а внутри, в холле (Антон увидел это, почти зайдя в дом) висит в воздухе его брат! Антон хотел что-то крикнуть, но слова застряли у него в горле и зазвучали внутри. Это опомнился его внутренний голос.
- Молчи. Не выдавай себя. Ты еще можешь спастись. Посмотри на старика. Ты узнаешь его? Это тот самый старик из деревни. Видишь, он скорее всего мертв. То же ждет и твоего брата. Но у тебя есть шанс. Беги!
Антон, тяжело дыша, пытался сообразить, о чем он думает, вообще? Что за тварь говорит его голосом в его же душе? Нет!
Однако он все-таки послушался совета этого неизвестного, но руководствуясь другими мотивами. Неожиданность, вот что двигало его к осторожности и тишине. Это единственное, что может спасти Диму – осторожность и тишина. Антон уже был в паре шагов от Бартона, когда тот обернулся. Обернулся, чтобы взглянуть на тело старика, но Антон был уже слишком близко, чтобы спрятаться. Поэтому ему пришлось нападать. От первого удара Бартон ловко увернулся, и в сторону Антона полетел какой-то светящийся шар. Саев даже не успел заметить его движения – он увидел его только в сантиметрах от своей груди. Дыхание перебило и по телу прошел шоковый разряд. Антон, и так не крепко стоявший на ногах, рухнул на колени и застонал от нахлынувшей боли в груди. Но в ту же секунду все прошло, и он снова рванул к Бартону. Дворецкий, наблюдающий за всем этим, опустив руки, поплатился за свою халатность.
Будьте рядом друг с другом…
Антон в один прыжок оказался рядом с братом, который висел в воздухе почтив отключке и протянул ему свою руку. Это можно назвать озарением, или наваждением, но спустя долю секунды, за которую Антон уже разуверился во всем, это сработало! Как только Дима сжал руку брата, дворецкий сорвался с места и попятился к двери в гостиную. А Дима со стоном рухнул на пол.
***
- Ты? – глядя снизу вверх на брата, как на привидение выдохнул Дима.
- Я, брат! – расплылся в улыбке Антон. Сзади хлопнула дверь. – Нет времени.
- Пошли, - прохрипел Димон, кое-как поднявшись на ноги.
- Ты можешь идти? – спросил Антон. Глядя на бледное лицо брата.
Дима красноречиво промолчал.
Они забежали в гостиную.
«Так и знал», - подумал Дима, глядя вперед.
«Теперь все понятно», - заключил Антон.
Дворецкий стоял в камине в полный рост, и все его тело обуяло пламя. Просто адово пламя. Не прошло и нескольких секунд, как гостиную наполнил запах какой-то сырости и дворецкий исчез в огне. Антон посмотрел на брата, и они оба кивнули, сделав первый шаг в сторону камина. Огонь все еще горел. Скоро конец, шептали его языки. Держа друг друга за рукава, братья погрузились в огонь…

Tabic
Сообщения: 25
Зарегистрирован: Вс июн 05, 2011 3:53 pm
Antispam: Нет

Re: Атика (пролог + часть первой главы романа-фэнтези)

Сообщение Tabic » Пн сен 26, 2011 9:02 pm

Глава 5
Из огня да в полымя


Какое-то время ничего не происходило. Братья стояли, окруженные пламенем; правда, не чувствуя боли – языки огня их только приятно облизывали теплом. Вдруг, ни с того ни с сего, они просто провалились куда-то. Громко вскрикнув, молодые люди оказались внутри какой-то темной трубы и, крепко держась друг за друга, полетели вниз по извилистой траектории.
- Уууух! – на особо крутых заворотах в один голос орали они. Просто не в силах сдержать себя.
Видя очередной поворот, они надеялись, что он будет последним, но за каждым была только темнота вплоть до следующего.
В голове Димы вертелось одно только слово: «глубоко». И действительно, учитывая, сколько времени они летят - становилось дурно при мысли о том, как глубоко они окажутся. Мысли Антона блуждали в той же плоскости, но в отличие от младшего брата, старший был более пессимистичен. И поэтому в мыслях он зашел дальше Димы… «Ууаааа! Ничего себе поворот. Сейчас как…». Тут братья столкнулись друг с другом и ударились о стенку трубы.
«Как долго нам еще падать? – вернулся к своим мыслям Антон, как только они продолжили движение - И еще хуже, - вот тут сыграл роль зашкаливающий пессимизм Антона, - сумеем ли мы подняться?»
Минуты через пол (очередной «Уааах!»), ребятам в лицо ударил яркий свет, шедший из-под ног: труба вышла на «финишную прямую». Еще через полминуты - прямая была очень длинной - они выскочили из трубы, как пробки и рухнули на пол.
- Мы живы? – чуть слышно спросил Дима.
Почему-то не один из братьев не поинтересовался у себя во время полета, а как, мол, они будут приземляться?
- Похоже на то, - тем же замогильным шепотом ответил Антон.
Они оглянулись: под ногами был самый обычный пол – плитка под стекло, выложенная в шахматном порядке (светлые квадраты чередовались с более темными, но при этом отлично отражающими). То же было и на стенах. Ничего особенного. Однако Саевы не переломали ноги, упав с такой высоты; а просто спокойно встали, словно с кровати.
- Пойдем, что ли? – фыркнул Антон. – Не зря ж летели.
Брат не ответил. Его взгляд уперся куда-то за плечо Антону.
- Только не говори мне, - начал Антон, медленно оборачиваясь. – Фууф! – облегченно выдохнул он.
Они стояли в коридоре, который упирался в обширный зал - из коридора ни стен, ни потолка этого зала видно не было – сильно освещенный.
Уже не сговариваясь, братья направились именно туда. А в сущности, какой у них был выбор? Выйдя из коридора, молодые люди, наконец, смогли рассмотреть весь периметр зала. Он был обширным? Нет! Он был просто огромным! Потолок здесь не шел ни в какие сравнения с потолком в холле: высота была добрых метров тридцать. С вершины свисала огромная люстра, и с каждой ее «ветки», отбрасывая витиеватые тени, горели с десяток свечей. На полу Дима ожидал увидеть морду обезьяны, ну или еще что-то в этом роде, однако пол был, как и в коридоре, самым обыкновенным. Не понимая, почему, Дима расстроился. Стены были голыми, если не считать множества портретов (но на такой площади они не очень-то теснились) и канделябров. Свет и жар шел отовсюду, однако, зал все-таки был пуст. Братья не знали – радоваться этому или наоборот, напрячься. Через секунду ответ был дан:
- А вот и наши гости. Давно вас жду.
Антон никогда не слышал этот голос, однако ему казалось, что он узнал бы его из тысячи. Голос шел отовсюду (из стен, потолка, да даже канделябры, казалось, шевелили розетками подсвечников, как губами) но уже через секунду за спинами братьев возник человек. Дима, проживший в этом доме две с лишним недели, привык ко всему и ожидал всякого. Но увидеть воочию собственного предка (умершего тысячу лет назад), было, мягко говоря, своеобразно.
Когда братья обернулись, перед их глазами предстал человек, лет пятидесяти. Он был очень высоким (выше Антона, самого высокого в семье Саевых, где-то на пол головы, худощавым мужчиной с седыми волосами, стянутыми в хвост. В целом, Антон вздохнул, вспомнив давний случай; он не многим отличался от своего изображения на портрете в доме. Те же глаза, то же лицо… Все то же. Но, черт побери, одно НО: он МЕРТВ! И он улыбается им в лицо в каком-то метре от них. Подойди и дотронься, называется. Но почему-то Антону пока не хотелось этого делать. Как и Диме, впрочем, который молча и с каким-то отрешенным видом изучал этого гражданина. Одет он был скромно: камиза (обычная длинная рубаха), поверх которой было наброшено две туники. На ногах же красовались узкие ботинки. Весь наряд был зеленого цвета. Живенький цвет. Для мертвеца.
- Вы хоть меня узнали? – рассмеялся Клаус. Смех его напоминал лай своры собак: отрывистый, громкий и сухой – совершенно неэмоциональный.
- Можно и так сказать, - после продолжительного молчания сказал один из братьев. Но Клаус не знал - кто. Он уже отвернулся и начал прохаживаться по залу.
- Ты – наш предок, - голос, прозвучавший в зале, был пропитан вызовом. Клаус повернулся и удостоил братьев взглядом своих колких серых глаз. Дима узнал эти глаза. Это могло показаться безумным, но именно такое выражение точно таких же глаз возникало почти всегда у Фреда. И именно в этот момент, Дима чувствовал лютую ненависть, сочащуюся из них.
- Можно и так сказать, - улыбнулся Сайфер. Странная была эта улыбка. Добрая. За такими, обычно, начинаются проблемы. – Извините, ребята, - улыбка все также блистала на его изуродованном шрамами (теперь было видно, что это шрамы) лице; даже тон не переменился, - но мне неохота с вами болтать.
С этими словами, Клаус поднял вверх обе руки и резко опустил их, словно желая обрушить весь мир на головы Саевых. В последний момент Антон разочарованно подумал, что какой-то странный Сайфер злодей. Обычно, по закону жанра, главный злодей любит поболтать со своими жертвами, рассказать им все, несколько раз ошеломить их неожиданными подробностями, а потом только решить их убить. Ту же все как-то быстрее…
Братья, не сговариваясь, схватились за руки, и в этот самый перед их глазами вспыхнула радуга невиданной красоты. Мощный поток из множества цветов и оттенков пронесся мимог; и, когда Клаус опустил руки, вонзился в сомкнутые руки Антона и Димы. Чем бы не ударил в них Клаус, этот удар отразился от братьев и попал в Сайфера. Тот не отлетел, как ожидал Антон, не рухнул, как подкошенный, как ожидал Дима; Клаус просто исчез. Растворился. Сгинул. По крайней мере, в это хотели верить Саевы. Но как бы ни так.
- Конечно, - зал снова наполнил голос. – Как без тебя?
Дима быстро посмотрел на брата. Тот ответил недоуменным взглядом. «Это он кому?». Оба брата осторожно осмотрелись, стараясь двигаться как можно меньше, но рядом – никого.
- Ну проходи, раз заглянул. Что стоишь?
- Да так, - наконец подол голос незнакомец. Братья не удержались от радостных улыбок, услышав знакомые интонации.
- Думал, ты не захочешь меня видеть, - в голосе Джона сочилась насмешка. Дядя в своем репертуаре, и как всегда вовремя.
Клаус появился в поле зрения: он прошел мимо братьев и зашагал куда-то вглубь замка. Походка у него была странная; словно ноги сами несли его, однако свою роль они не выполняли. Было впечатление, что Сайфер может обходиться и без них; просто парить в воздухе.
- Нет, все-таки я рад тебя видеть. Несмотря на нашу последнюю встречу. Ты же помнишь, да?
- Естественно, - усмехнулся Джон. Дядя стоял там же, где «приземлились» и его дорогие племянники.
Антон хотел было двинуться на встречу, но не смог: какие-то силы держали его на месте. Тем не менее, двигаться он мог – не мог он только сойти с места. Словно их с братом окружил кокон, или даже пузырь. «Интересно, - подумал Дима, который так же, как и брат не смог отойти, - а это сделал Джон или Сайфер?»
Дарэн поклонился Клаусу и, когда тот сделал то же самое, вдруг выставил вперед руки. Дима только успел заметить, как от ладоней дяди отлетело что-то, заставившее воздух завибрировать. Сайфер резко развернулся. Его окутало разноцветное поле, и он исчез в нем. Спустя секунду он возник за спиной дяди Джона и тут же упал на пол. Тело его свела судорога, но тут же оно расслабилось, и Сайфер не спеша поднялся.
- Неплохо, - прошептал он, подмигнув своему визави. – Мне понравилось. Твое производство?
Он поклонился Джону, также как в прошлый раз и, выпрямившись, внимательно посмотрел на Дарэна.
- Именно, - улыбнулся Джон, застенчиво опустив глаза. С поклоном он не торопился. Сайфер ждал. – Не терпится лицезреть твое.
Лишь договорив, дядя ответил на поклон.
Джона тут же окружила стена. Дима пригляделся - она была соткана из тысяч капель. Водяная клетка начала сжиматься, и Джон махнул рукой, покрутив ладонью в воздухе. Однако ничего не произошло, а клетка тем не менее сомкнулась еще немного. Вдруг вокруг Джона стала образовываться новая клетка, чуть меньше водяной и, когда они сошлись, водяная просто впиталась в эту новую. У Димы вдруг задрожали руки, когда он это увидел.
Джон оказался более сдержанным: единственным дифирамбом, которым он удостоил противника, был понимающий кивок. Мол: «О, тоже неплохо».
Антон смотрел на них на этот концерт во все глаза: «Что они делают? Что тут вообще происходит?» Он повторял это без конца и даже нечаянно сказал вслух.
- Понятия не имею, - Дима, хмурясь, наблюдал за этим представлением. – Но думаю, они знают друг о друге больше, чем мы о них.
- Вот уж верно.
- И почему мы не двигаемся? – обращаясь неизвестно к кому, прошептал Дима, как вдруг осекся: прелюдия и поклоны закончились – Джон и Клаус пытались убить друг друга.
Воздух вибрировал, что-то сверкало, а противники то исчезали, то появлялись в другом месте, спасаясь от заклятий. При этом из их уст слышался издевательский смех. Внезапно он оборвался. Джон с ужасом посмотрел на Саевых, а затем на Сайфера: Клаус, не переводя взгляд, махнул рукой в сторону братьев. Послышался тихий щелчок, будто кто-то щелкнул пальцами, и… Клаус взлетел в воздух. Он воспарил метров на двадцать и неподвижно повис – его голова безвольно упала набок, руки и ноги болтались так, словно из них вынули кости. Еще секунду все стояли неподвижно, затем братья рванулись к дяде. Но не успели они сделать и нескольких шагов, как здание наполнил знакомый Антону гул. Здесь, в помещении высотой тридцать метров, он казался куда более ужасным, чем даже в лесу. Воздух снова завибрировал и в зале появился он… Когда Дима видел его в прошлый, принял его за дракона. Что ж, именно им, существо и было, вот только… мертвым: тонкая серая кожа туго обтягивала огромные кости шести-семи метрового зверя, а кое-где и просто отсутствовала; морда - череп, однако хорошо сохранившийся: зубы были - дай Бог, а пасть просто огромная и, казалось, стальная. Зверюга ощетинилась и зарычала (стены содрогнулись!) при виде людей и… исчезла. Антон не понял ничего. Дима – также. Что тут происходит, казалось, понимает, только Джон, на лице которого играла улыбка. Мужчина посмотрел куда-то вдаль; затем, непонятно с чего, мотнул головой и повернулся к братьям.
Дима охнул, а Антон в ужасе отпрянул: в шаге от них стоял молодой мужчина. Высокий, смуглый, коренастый, одетый также просто, как и Сайфер, только туника была одна, но ботинки были позолоченными. Мужчина посмотрел на Саевых своими карими живыми глазами, и Антон, охнув¸ узнал этого человека. Судя по выражению лица Димы, который иначе, чем с испугом, глядел на этого человека, парень также вспомнил, где они с братом видели неизвестного. В нос Диме сразу же ударил спертый влажный запах, а перед глазами возникли книги, слегка запыленные на полках, картина молодой красивой девушки… и маленькая картинка в столе тайной комнаты на чердаке. На той картинке, сделанной много лет назад, были изображены два парня; и теперь они оба были здесь, рядом, будто сошедшие с листка фотографии.
- Привет, - глубоко вздохнув, вымолвил мужчина. Губы его дрожали, а голос, спорхнувший с них, с каждым звуком готов был испариться. Человек поздоровался так, словно давно разучился говорить.
Джон медленно подошел к ним, и остановился прямо перед молодым человеком. Он был выше, поэтому смотрел сверху вниз. Смотрел прямо в глаза. Мужчина отвечал тем же, словно не в силах отвести взгляд и даже шелохнуться. Так прошло полминуты, а может и больше, братья не считали, и тут Джон с этим парнем обнялись. Не сговариваясь, одновременно, они словно попытались задушить друг друга в объятиях. Зал мгновенно стал каким-то маленьким, словно сжался до границ того, где все было хорошо. Так, по крайней мере, казалось Антону. На Сайфера никто не обращал внимания, и только Дима первым заметил его… вернее его отсутствие. На месте, где только что висело тело Клауса Сайфера зияла дыра. Нет, все было как обычно – обычный воздух, обычный вид; но Дима отчетливо видел огромную дыру, как бы налепленную на пространство. В нее уходили краски, иначе это было не назвать. Все большее пространство вокруг дыры обесцвечивалось, даже на черно-белый этот цвет не походил. Его было сложно передать словами – в обычном мире таких слов попросту нет. Вместе с красками, исчезало и время, и Дима уже был не в состоянии понять, как долго происходит все это. Он посмотрел на дядю и неизвестного человека: их лица застыли, но глаза еще были живыми. Такое человек может увидеть только во сне. Но вдруг все эффекты прошли, и вот уже взгляды всех собравшихся устремились на странное явление. Дыра в этот момент начала сужаться, и вот, как только она почти сомкнулась, из тонкого кольца вырвался крик. Ужасный, душераздирающий крик, который наполнил снова увеличившийся зал. И все. Все стихло. Они стояли в пустом холодном (Антон поежился – он только теперь заметил, что зал необычайно холоден) помещении, где не было ни души, кроме четырех человек, каждый из которых имел, что рассказать.
- Ну выходите! – воскликнул Джон , стоя спиной ко все и обращаясь в пустоту зала.– Чего встали?
- Батя! – радостно выдохнули Саевы, когда из темноты, где располагался вход, вышел их отец. Он ошарашено смотрел вокруг и на свои ладони; будто первый раз их увидел и не очень понимал, что с ними нужно делать и куда девать.
Молодой человек в ужасе отпрянул, увидев старшего Саева; но, взглянув на Джона, верно, решил, что все в порядке, и этот не чужак. Сыновья же в два прыжка одолели расстояния до отца и обняли его. Вернее, как они потом объясняли, хотели. Их двое, он один. Кто кого свалил – понять не трудно. Но, когда они поднялись, то поняли, почему Джон обращался во множественном числе: «на сцену» вышел еще один человек. И рады братья ему не были. Это был дворецкий дома Сайфер-холл Фред Будь Он Не Ладен Бартон!
- **! – рыкнул Дима, и, вырвавшись из объятий отца и снова - отчасти по памяти, отчасти наугад – совершил то самое замысловатое движение руками. Совершил быстрее, чем в прошлый раз, почти незаметно для всех. И вот, когда «пресс» готов был рухнуть на тело Бартона, что-то произошло. Дворецкий стоял, как ни в чем не бывало, а в полу дымился маленький обугленный участок.
- Успокойся, - невозмутимо сказал Джон.
Все глаза были устремлены на Диму. Даже Антон смотрел с невыносимой снисходительной улыбкой. А ведь он, *** такая, мог бы и поддержать.
- Простите меня, хозяин, - Дима уже ожидал этого, но все равно непривычно было слышать из уст Бартона такой голос: красивый мягкий баритон. Голос человека опытного, сильно и… сытного, почему-то возникла такая ассоциация у Димы. Он улыбнулся. Дворецкий принял на свой счет, и его лицо преобразилось. Но Дима не возражал. Хоть и трудно избавиться от воспоминаний, но судя по всему, придется. – Я напугал вас и досаждал во многом…
- И не раз, - усмехнулся Дима.
- Да, - кивнул дворецкий. – Но делал я это только для того, чтобы…
- Так, - выступил вперед Антон, до этого просто ошарашено молчавший, - а передо мной извиниться не хочешь?
Но Джон уже всех перебил:
- Так, я думаю, нам нужно поискать место поуютнее, а уж там, - он вздохнул, - и извинимся, и объяснимся.
- Я надеюсь, - фыркнул Антон, искоса поглядев на хитрую физиономию родственника.

Tabic
Сообщения: 25
Зарегистрирован: Вс июн 05, 2011 3:53 pm
Antispam: Нет

Re: Атика (пролог + часть первой главы романа-фэнтези)

Сообщение Tabic » Пн сен 26, 2011 10:11 pm

Концовка второй части)
Дальше пойдет пресловутое фэнтези)

Глава 6
Взмах крыльев


- А как? – логично поинтересовался Дима.
Он не стал уточнять что, но все всё прекрасно поняли и посмотрели на Джона.
- А я чё? Я ничё! – закашлялся он. – Я-то тут причем?
Все молча поедали его глазами. Отец скрестил руки на груди – верный признак, что сейчас будет бить. И не только ногами.
- Да ладно-ладно, - улыбнулся неизвестный молодой человек, видя, как накаляется обстановка. – Я помогу.
Никто не успел даже опомниться, как вместо улыбающегося лица, на них воззрилась морда чудовища. Дракон низко наклонил голову и зарычал.
- Даже не думайте! – замотал головой Антон, но все уже как могли забирались на спину дракону. Дима злорадно улыбался, ловко запрыгнув на один из позвонков зверя. Через секунду злорадно улыбался уже Антон…
- Ну ладно, - насупился он, поняв, что другого выхода ему не видать; и, кряхтя и матерясь, уселся вслед за Димой. – Еще посмотрим! – правда, так и не решил, на что будет смотреть; и успокоился.
Последним ловчее всех примостился отец. Как только все были готовы – относительно - тело дракона содрогнулось; и крылья, которые отсюда, со спины чудовища, казались еще больше, поднялись вверх. Они буквально тащили за собой воздух; правда, Антон успел заметить, что не только воздух. Когда крылья резким взмахом опустились, в воздухе вокруг поубавилось цветов. Затем все исчезло. И зал, и коридор, и выход из камина, и даже воздух. Дыхание перехватило, когда дракон унес наездников в черную глубину. В очередной раз Антон почувствовал прикосновение темноты. Но дракон, словно взмахами своих крыльев, разгонял весь страх и режущее горло чувство беспокойства. В конце концов Антон начал безучастно смотреть вперед. Быть может когда-нибудь там, в этой темноте появится что-то хорошее. Его мысли уносились далеко, сквозь тьму. И вот уже озеро, как всегда незыблема гладь; и рядом стена леса; а вот и холм с не пустующей вершиной. Воображение охотно забрасывало Антона образами, как ребенок снежками стену дома… Дракон начал снижаться, и прямо под ними вдруг появились только что пришедшие на ум Антону образы. Словно они спустились с облаков.
Дима обернулся: рядом с ним блестели от пота радостные лица. Они выбрались. Не иначе, как из ада. И при мысли об этом грудь Димы наполнилась свежим воздухом надежды. Словно само будущее вдохнуло в него это чувство. Хотя бы на то, что у них есть это будущее. Ведь те пару недель, что провели Саевы в проклятом замке, оно робко мелькало где-то поодаль, а теперь вспыхнуло совсем рядом. Протяни руку и ухвати за хвост.
Дракон совершил вираж и плавно - как мог – приземлился на лужайку, аккурат рядом с озером. «Отлично, - нервно подумал Антон, - у нас на лужайке дракон. Ездовой».
Знакомая вибрация воздуха и вуаля – снова молодой человек. Может только слегка ошарашенный, но человек. Он чуть не со слезами на глазах осматривал себя с головы до ног. Все остальные деликатно перевили взгляд: было понятно, что бедняга не был в обычном облике слишком долго. Дул свежий ветерок, и после всего произошедшего его холодные прикосновения были слаще рук любимой девушки. «Утро, наверное», - подумал Антон, внезапно осознав, что совершенно растерялся во времени. Или забыл о нем. Скорее второе.
Первым нарушил молчание Дима:
- Мне… - начал он; но посмотрев на брата, который, как ему показалось, готов был распасться на молекулы, поправился: - Нам кто-нибудь что-нибудь объяснит здесь или нет?
- Да, - ответил ему… отец.
Братья в изумлении уставились на него: такого они уж точно не ожидали.
- Ты… что-то знаешь? – чуть ли не в один голос воскликнули они.
Дима почувствовал, как его брови сами собой поднимаются к волосам. Он не мог поверить – отец что-то знал и ни слова не сказал.
- И давно? – вдогонку спросил Дима.
Сергей вздохнул и уселся у кромки озера, подобрав ноги под себя.
- Да, я знаю, что здесь происходит, - ответил он, смотря на водную гладь. Помолчал немного и добавил медленно, выделяя каждое слово: - Не очень давно.
«И то хорошо, - огрызнулся про себя Антон, гладя в затылок отцу. – Как такое вообще возможно? Ну, Джон, - он перевел взгляд на дядю: тот стоял неподвижно и глядя в никуда, - ну это понятно. Чего от него ждать? Но ты-то! Все и знать и… А мы…» - его мысли закружились, теряя форму.
- С тех пор, как мы с Джоном, - отец посмотрел на друга, словно ища спасения или оправдания, но тот все также был в себе, - отлучались. Тогда, когда с нами произошел этот случай в таверне, - голос отца зазвучал уверенней, будто он нащупал нужную нить. – Джон мне все объяснил, и тогда мы сразу приехали. Мы поняли, что что-то произойдет; мы боялись только, что что-то уже произошло. Что-то… ужасное.
Он, наконец, удостоил взглядом своих детей, стоявших, как громом пораженные. Продолжал говорить он, уже глядя им в глаза:
- Что-то с вами. Но все обошлось. Тем не менее, мы должны были оставаться в тени. Джон был уверен, что тот, кто встретился нам в таверне, появится здесь. Он придет… за вами. Поэтому мы выжидали. Ровно неделю мы провели, прячась от вас. Мы обитали в домике Бартона.
Дима резко обернулся, ища глазами дворецкого. Тот стоял поодаль, метрах в десяти от всех, серым незаметным пятнышком.
- Неделю? – переспросил Антон.
Он вспомнил, какой нервной и напряженной оказалась та неделя. Вспомнил, какие мысли грызли ему череп, словно термиты. Чего они с братом только не нарешали. Тут же он вспомнил, как «изнывал» дворецкий, как он дергался. Хорош, гусь! Какими бы благими не были их намерения, устраивать ТАКОЕ… И НИ-ЧЕ-ГО не сказать! Антон представилась дорога в ад.
- Да, - очнулся, наконец, дядя. Его взгляд стал осмысленным и был направлен на племянников. - Но та… хмм… активность, которая возникла вокруг вас, заставила нас выйти.
Джон метнул резкий взгляд на дворецкого, который, казалось, готов был выпасть в осадок.
- Это началось, - смягчаясь и потихонечку успокаиваясь, начал Дима, - после комнаты, которую мы нашли.
Глаза Джона сверкнули.
- Комната? – резко переспросил он. Братья аж отшатнулись. – Что еще за комната? Где?
- Ну, - протянул Дима, слегка ошарашенный такой реакцией дяди. – Там.
Он указал туда, где предположительно располагалось окно комнаты. Антон, решив, что этого недостаточно, объяснил примерно, где она находится. Пока он говорил, заметил, как переглянулись Джон с «драконом». Мельком, почти незаметно, но не для Антона, который всегда и всюду видит подвох.
- А как вы туда попали? – спросил молодой человек, подойдя ближе и зыркнув на дворецкого. «Они задолбали уже!» - возмутился про себя Антон, глядя на все эти перемигивания и переглядывания.
Дима рассказал. Про незнакомца, про подарок, про первые столкновения с непонятным. Не забыл он упомянуть и о встрече в лесу, возможно, с тем же незнакомцем. Стараясь не упускать и самой маленькой детали, он выложил всю историю от начала и до конца. До того момента, как комната была найдена и изучена.
Джон слушал его, мрачнея на глазах. Остальные – спокойно. Только у Сергея брови слегка приподнялись. И Дима догадался – почему, отчего ему стало очень стыдно. Ведь то, в чем они с братом обвиняли отца, творили и сами. Они ничего не рассказали ему, как дети малые прямо.
Дарэн сел по-турецки на траву и пригласил всех последовать его примеру. Молодой человек и дворецкий уселись по обе стороны от Джона. Сергей отошел от озера и присел между сыновьями. «Интересная композиция, - подумал Антон. – Те, кто знает всё напротив тех, кто ничегошеньки не знает. Ну, - он посмотрел на отца, который подмигнул ему, - почти ничего».
- Я думаю, - начал Джон. Он медленно завел руку за спину, а через секунду в ней уже дымилась трубка, - вам стоит услышать кое-какую занимательную историю. Но прежде я хочу представить вам кое-кого, - он кивнул на молодого человека, сидящего по правую руку от него. – Драко Эйнис. Основатель вашего рода.
- Кто? – первым восстановил дар речи Антон. Дима сидел все еще как громом пораженный. «Слишком много сюрпризов», - решил он, пытаясь понять, а что собственно его сегодня так удивляет. Вроде бы пора уже и… того-этого… привыкнуть что ли.
- Да, да! – охотно кивнул Джон. – Основатель вашего рода.
Он крепко затянулся и посмотрел в сияющее голубизной небо.
- Помните, я рассказывал вам историю старика Арка Симеона? – спросил он, медленно опуская голову.
Все кивнули.
- Так вот, в этой истории есть один… недочет. Вернее… В общем ложь. Человек, стоявший рядом с садом старика, был вовсе не Клаус Сайфер. Клаус Сайфер появился позже. Куда позже… Но обо всем по порядку. Произошло это тысячу лет назад. В 1004 году на земле старика Арка Симеона объявился молодой человек. Но пришел он вовсе не к старому скряге, а к его дочери – семнадцатилетней красавице Арианне Симеон.
- Я увидел ее на базаре, - со вздохом пояснил Драко, - когда только приехал в те края. Я путешествовал. Я искал…
- Обо всем по порядку, - повторил Джон и, шутя погрозил пальцем.
- Я узнал, где она живет и однажды вечером проводил ее домой. С тех пор мы стали тайно встречаться. Втайне от ее отца, человека сложного, своеобразного. День за днем шел год, а мы все скрывались от глаз родителя. Продолжалось это до тех пор, пока нам это не осточертело окончательно, - он хлопнул ребром ладони себе по горлу. – И тогда мы решили сыграть на его единственной черте характера – жадности. Расчет оказался верным и вот уже старый Симеон обихаживает меня, пытаясь выдать свою дочурку за небедного человека. Тем более – путешественника. Его план удался - мы поженились.
Антон слушал все это и потихоньку выпадал в осадок. «Это призрак, - успокаивал он сам себя, – прямо перед нами, уперев подбородок в колени, сидит призрак, одетый в какие-то лохмотья». Иначе как поверить в то, что в данный момент он слушает историю тысячелетней давности из первых уст участника? Только, если это говорит призрак. В призраков Антон почему-то верил.
Джон вдруг заерзал. Если бы Антон не знал своего дядю, то решил бы, что он нервничает.
- Дядя, что с тобой? – спросил Дима, проницательно разглядывая родственника.
- Да не дядя я вам. Могли бы уж и догадаться.
Нельзя было сказать, что в головах братьев это высказывание что-то изменило. Подозрения на этот счет возникали: хотя бы то, что Дарен был не похож ни на кого из своих родных. Ни на сестру, ни на мать, ни на кого.
Однако то, что показал Джон, достав из кармана джинс, повергло ребят в шок. Это была небольшая картинка, своего рода фотография. Известная им картинка, на которой были изображены еще молодые Сайфер и Эйнис. Вот только от той фотографии на чердаке ее кое-что отличало. Наконец-то, братья увидели картинку целиком, а не с оторванной третью. Вот только, признаться, они были не рады этому: рядом с Сайфером и Эйнисом стоял… Джон. С фотографии тысячелетней давности улыбался их «дядя», и он же сидел сейчас напротив. На нем был одет его любимый плащ, волосы также свободно стянуты в конский хвост, вот только проседи еще нет.
Дима поднял глаза, не в силах произнести ни слова. Джон, нерешительно улыбаясь, выудил из джинс пачку сигарет и предложил их сидящему напротив семейству. Не отказался никто. Даже отец, который этой привычкой был не отравлен, но покурить мог.
- Его зовут Джон Дарэн, и он – мой друг! – еле сдерживая широкую улыбку, сказал Драко. И продолжил рассказ, как будто все только что узнали, что Хосе – сын Дона Педро, а не то, что «Дядя Джон» вовсе не «Дядя», и его возраст больше тысячи лет.
- Я познакомился с ним незадолго до приезда сюда, когда искал место под участок. Этот дом, - Драко с горечью посмотрел на фасад здания, - должен был стать подарком моей любимой. Ко дню свадьбы. А стал… Стал моей тюрьмой, - тут он усмехнулся, как будто разгадал глупую загадку. – К моему дню рождения. Но обо всем по порядку. Я начал строительство здесь, рядом с процветающей деревней Стоун-идвич. Тогда еще процветающей. Шло время. Моя мечта начала воплощаться в реальность. Вот только строительство шло долго. Мне не хватало рук. Единственный, кто мне помогал – это… - он хлопнул Джона по спине. Тогда то все и случилось. Вернее началось… - оно глубоко вздохнул и замолчал, словно собираясь с мыслями.
- А началось все, сами понимаете, как обычно, - принял эстафету у друга Джон. - В жаркий летний день со стороны старой железной дороги вышел человек, одетый не по погоде: в длинном плаще и котелке, с длинной тростью в руках. Он, казалось, прогуливался по лесу или шел совершенно бесцельно, но, когда вышел на эту полянку, - Джон окинул взглядом округу, - стало ясно – его цель здесь.
- Да, - снова включился в рассказ Эйнис. Он выглядел так, словно только что с трудом вспомнил какую-то деталь. – Он подошел ко мне и представился: «Клаус Сайфер, - сказал он. – Я хотел бы помочь вам со строительством. Очень вас прошу, примите мою помощь» В принципе, у меня не было причин ему отказывать, да и к тому же он мне сразу понравился. Да и Джону тоже, когда он пришел из деревни и увидел гостя. Не понравился он только одному человеку.
- Арианне, - заулыбался Джон. Слово вспомнил какой-то очень смешной случай.
- Именно. Она невзлюбила его сразу. Но вот он… - Драко нахмурился. – Он влюбился в Арианну с первого взгляда, влюбился без остатка. Об этом, естественно, я узнал куда позже. От Джона.
- Я пытался вразумить Клауса, - пояснил Джон. – Не один раз его предупреждал успокоиться, однако его заносило все больше. К тому времени мы уже стали хорошими друзьями; и я думал, это единственное что мешало Клаусу причинить вред Драко. Да и Арианне – тоже. Я ошибался.
- Арианна отвергла все предложения Сайфера, - Драко стал говорить громче и быстрее. Как во время застолья, когда несколько человек начинают наперебой рассказывать одну историю. – Он отстал. И я успокоился. Правда, для этого мне пришлось поговорить с ним. Серьезно поговорить. Но я успокоился. И расслабился.
- Я был в отъезде, - вздохнул Джонатан. – А, когда приехал...
- Он был не просто магом. Он был очень сильным магом. И неизвестно, что он нашел в своих путешествиях. Факт только в том, что он смог меня подчинить. Полностью.
- И меня, - послышался чей-то голос.
Дима и Антон посмотрели по сторонам. Но, когда голос зазвучал вновь, они увидели его обладателя. Это был всего лишь Фред, но привыкшие к скрипучему и невыносимому голосу ребята не сразу узнали новый напевный. Неужели он таким и останется?
- Он использовал какой-то аппарат, я даже не помню, как он выглядел.
- Да, и именно с помощью этого аппарата, а может и еще чего, он превратил меня в это чудовище. Но это еще не все, - голос Драко изменился, стал каким-то излишне твердым. - Что-то пошло не так. Когда Сайфер собрал нас в холле дома и стал что-то шептать без умолку, произносить какие-то неизвестные заклинания все вокруг загромыхало, дом заходил ходуном и… мы исчезли. Мы попали в тот самый зал. Правда, тогда он так еще не выглядел. Клаус стал чем-то вроде привидения, но он был жив. И он продолжал нами властвовать. Я уже стал чудовищем. А Фред моим… хммм…дрессировщиком.
На лице дворецкого появилось смущение.
- С тех пор я и хозяин подчинялись этому человеку. С тех пор и до какого-то момента в прошлом. Я просто почувствовал, что могу сопротивляться. Однажды дракон… то есть господин Эйнис вдруг превратился в человека.
- Не знаю, как это случилось, но это факт. Сайфер ослаб, а мы с Фредом – наоборот. Но то, что мы должны были делать, - Драко глубоко вздохнул и опустил глаза, - мы делали. Мы не могли этому сопротивляться.
- А что вы делали? – спросил Антон, боясь услышать ответ.
- Убивали, - еле слышно проговорил Драко – Всех жильцов дома. Сайфер не мог причинить им вреда, поэтому он заставлял нас…
- Но почему? – подался вперед Дима, не верящий своим ушам. – Вернее, зачем нужно было всех убивать?
- Ему нужна кровь,- ответил своим ногам Драко. – Кровь, которая течет и в ваших жилах. Моя и Арианны. Он похитил и убил моего сына, Скифуса. Убил младенца, который мог стать хозяином этого дома. Он не смог убить Арианну. Это не так-то просто сделать, - Драко зловеще улыбнулся, - и она уехала. Она была беременна, когда уехала. Мы не могли смириться со смертью Скифуса, поэтому решили завести второго ребенка. Разумеется, я тогда не знал, что во всем виноват Клаус. И потому рассказал ему об этом. Боже мой, ведь все могло быть не так. Придержи я язык, Клаус в жизни бы не узнал о ребенке. Я убил своего второго сына. Не родившегося. Он не успел родиться, как был приговорен своим собственным отцом. И собственный отец, - голос Драко задрожал. Теперь уже Дима боялся услышать продолжение, - привел этот приговор в исполнение.
Драко разрыдался. Понадобилось немало времени, чтобы его успокоить.
- Спустя время, сын приехал в дом. Уже Сайфер-холл. После смерти матери. После смерти Арианны. Но она ему успела рассказать об отце, и тогда он нашел этот дом и приехал на мои поиски. Но… - Драко обреченно закивал, - на моем месте уже был выдрессерованый дракон, науськанный на убийство всех Эйнисов. Всех до единого.
Джон знал, куда заведет этот разговор, поэтому сдвинул тему:
- Я искал способ вытащить его, - он кивнул на смотрящего в одну точку друга. - Я нашел Арианну, Нортон тогда был еще ребенком и вместе мы приехали в имение. Но оно пустовало. Ни следа пребывания на всех уровнях.
- Мы скитались, – ответил Драко. - Мы никак не могли оказаться в доме, словно нас кидало как при шторме. Спустя время только мы смогли снова ступить на эту землю.
- А мы уже уехали, - кивнул Джон. – И начали искать другой способ освободить… Не нашли… - после продолжительного молчания вздохнул Джон.
Драко поднялся, разминая затекшие руки и ноги.
- А что случилось с Сайфером? Он умер? – спросил Антон, встав вслед за «родственником».
Поднялись все остальные.
- Сомневаюсь, - прошептал Джон, глядя куда-то за горизонт. – Он просто не здесь. Одно могу сказать точно – он где-то рядом. И он ждет.
Воздух завибрировал, и послышалось рычание дракона.
- Счастливо оставаться, - прорычал Драко-дракон и взмыл в небо.
Сергей, не проронивший практически ни слова за весь разговор, подошел к сыновьям и прошептал:
- Я люблю вас. Не покидайте меня.
У Антона и Димы сил нашлось только на то, чтобы обнять в ответ своего отца. Рядом встали Джон и Фред и, не сговариваясь, все пятеро обнялись, наблюдая, как по сверкающему голубизной небу улетает дракон. А вместе с ним улетает и прошлое, и вся жизнь, оставленная позади. Улетает навстречу будущему, неизвестному и опасному, но своему.
Дракон совершил поворот и исчез, напоследок оставив на горизонте след от взмаха крыльев.

Аватара пользователя
Елена52
Сообщения: 1443
Зарегистрирован: Чт фев 04, 2010 4:36 pm
Пол: Женский
Antispam: Да

Re: Атика (пролог + часть первой главы романа-фэнтези)

Сообщение Елена52 » Вт сен 27, 2011 8:37 am

Tabic, мне понравилось , спасибо! :)
Изображение

Аватара пользователя
Glessi
Сообщения: 1690
Зарегистрирован: Чт май 13, 2010 7:55 pm
Antispam: Да

Re: Атика (пролог + часть первой главы романа-фэнтези)

Сообщение Glessi » Вт окт 04, 2011 12:45 am

Спасибо,Tabic...вот и я дочитала 5-6 главу..
Продолжения ждать? :)
"Нельзя вернуться в прошлое и изменить свой старт, но можно стартовать сейчас и изменить свой финиш"

Tabic
Сообщения: 25
Зарегистрирован: Вс июн 05, 2011 3:53 pm
Antispam: Нет

Re: Атика (пролог + часть первой главы романа-фэнтези)

Сообщение Tabic » Сб ноя 12, 2011 11:14 pm

очень сильно прошу прощения! вынужден был исчезнуть из виртуального мира из-за проблем в реальном.

но теперь готов дальше постить:

Часть Третья
Земли Иных



Глава 1
Тени Иноземья


Храм Спасителя Небес
Исполнительная Великой Библиотеки
Запись #13650
Дата 3э 2001 год ПБМ 3, 4, 5 июля
Назначение: запрос на данные о
1 Первые пришельцы с Земли (мифы и легенды)
2 Становление Торианской Империи (Орден Криата)
3 Битвы на границе Семипиона (Тихие Земли)
4 Вторжение Ториан в Империю Иноземья. Начало Великой Войны Двух Империй
5 Краткое повествование о Важных Битвах (Битва за Хорстен, Битва у Подножья Слепых Гор, Захват Торианцами Персемских земель)
6 Конец войны. Битва за Мориэн. Орден Теней. Трое Спасителей. Первое созвание Теней. Начало новой Третей Эры Иноземья.



- Закройте глаза, - голос Джона ворвался в пропитанную тишиной гостиную. Дарен, как всегда, сидел в кресле спиной к камину с дымящейся трубкой в руках, а позади, искажая воздух рябью, извивались языки огня.
Саевы послушались. Также как и Джон сидя в высоких кожаных креслах, они с нетерпением ждали объяснений.
- Что вы видите?
Антон прислонил затылок к спинке и попытался расслабиться. Из сознания вынырнул желтый блик, подаренный огнем камина. Но пятнышко света уменьшалось и, мигая, уползало куда-то к уголкам глаз.
- И? – разочарованно спросил Антон, но глаза не открыл.
- Тсс, - шикнул кто-то - Антон не понял, кто.
Блик замерцал, увеличился и из белесой кляксы в глубине сознания превратился в яркий пульсирующий луч сочного желтого цвета…Зеленого, красного – как нити паутины, к лучу прилипали все новые полоски света. Через мгновение все это многообразие завертелось в красочном калейдоскопе. Все быстрее и быстрее…
Вспышка. Яркая, как взрыв тысяч атомных бомб… И всюду, мерцая и переливаясь бесконечным множеством красок, раскинулось огромное полотно. Цвета на нем не сливались и не повторялись. Каждый имел свое место, среди миллиардов линий и несся прочь, куда-то за пределы скрытых в тени век глаз.
Издалека прозвучал голос Джона; тихий, почти неузнаваемый.
- Вы видите это.
Непонятно спрашивал он или утверждал; но братья кивнули.
- Можно открыть глаза.
Саевы не без труда послушались и вернулись в обычный мир. Перед глазами еще трепетала «радуга», правда заметно утихала, и, в конце концов, от видения не осталось и следа. Перед Саевыми снова сидел Джон и улыбался во всю белизну.
Мужчина встал и притворно низко поклонился, приложив кулак, с зажатой в нем потухшей трубкой к сердцу.
«Может он и переигрывает, - подумал Дима, - но ему идет».
Джон вернулся в положение сидя, запыхтел трубкой и заговорил. К нему вернулись привычные дурашливые интонации.
- То, что вы видели, называется Потоком. Поток – эта сила, которая питает все живое в мире под названием Иноземье. В этом мире, - он оглянулся и обвел взглядом гостиную, - мире, частью которого вы стали не так давно. Это сила, которой пользуются все без исключения иноземцы. Правда и не только они, но об этом позже. А теперь, если позволите, немного истории. Иноземье существует с незапамятных времен, но люди, к сожалению, в нем только гости. Они пришли сюда много лет назад, и вам, я думаю, будет полезно узнать – как. Но для начала, - Джон обвел взглядом публику, – задам один вопрос Вам рассказывать с объяснениями или без? А как насчет терминологии? Тут она ну о-о-очень специфическая.
Он широко улыбнулся и посмотрел в темный угол гостиной. Пламя костра в этот момент заставило его тень юркнуть туда на секунду, но тут же она вернулась обратно.
Саевы переглянулись:
- Рассказывай, как умеешь, - недружно отреагировали они.
Дима же вообще хотел сказать что-то другое. Поймав острый взгляд Джона, он неохотно растянул губы в улыбке:
- А что, я как все.
Парень сложил руки на груди, превратившись в слух.
Джон вздохнул и, раскурив трубку по новой, напустил дыма.
- Первыми на эти земли ступили два человека, шамана, камлавших себе в обычном мире и внезапно увидевших яркую многоцветную вспышку. Недолго думая, эти двое возьми да и прикоснись к ней… Предания гласят, что они тут же в ту же секунду переместились в Иноземье, да не просто в Иноземье, а на поле боя. Эльфов и Гномов. Об их разногласиях я расскажу чуть позже, а пока посмотрим на развитие событий. Шатир эльфов (один из королей, иначе говоря), услышал от своих воинов о странных пришельцах и велел их привести к себе, - Джон остановился, подняв указательный палец. – Теперь маленькое объяснение. У эльфов нет богов, кроме Великой Сейры (хранительницы дерева) и Памяти Предков. Роль богов у них исполняют Короли. Король Земледелия, Король Торговли, Король Войны. Так вот, в военное время Король Войны - собственно, Шатир - является главным и его слово – закон для всех Королей. Поэтому, когда он сказал допустить чужаков к Столу (т.е. очень близко к эльфам), что само по себе было неслыханной дерзостью; ему не посмели перечить.
Так двое первых людей ступили на эти земли, и с тех пор началась новая эпоха. Немало воды уже утекло: эльфы с гномами больше не воюют, да и люди уже не чужаки, и подчас они сами решают – чей Стол им ближе.
Джон снова окинул взглядом исподлобья Саевых, верно оценивая, как воспринимается рассказ.
Витиеватый дымок, поднимающийся из трубки, загустел; и лицо Джона сквозь этот дым казалось каким-то неестественным, даже... бредовым. Также звучал и его рассказ. Эльфы... гномы... Антон прокручивал эти слова, повторяя как мантру - "эльфы... гномы..." - но на поверхность мчащейся реки его мыслей всплывало только одно слово: "НЕУЖЕЛИ?"
Неужели тот мир, который он знал, смог вместить себя еще и тот, о котором читал? Неужели? Неужели в этот мир сошли существа прямо с нетленных страниц произведений? Неужели?
«Бред», - снова подсказал ему дым, искажающий в пространстве лицо "дяди". А воображение тем временем нарисовало перо в руках мужчины в очках, и с кончика этого пера прыгали на чистый лист бумаги существа. Эльфов и гномов Антон почему-то представил крохотными кривляками, танцующими на бумаге, хотя почему-то знал, как они выглядят на самом деле. Знал, но не помнил. "Бред", - вроде бы про себя сказал Антон; заметив, однако, что губы его хоть и беззвучно, но все-таки шевелились. "Неужели?" - спросил его внутренний голос, вновь едва не вырвавшись наружу. А снаружи Джон продолжал свой бредовый рассказ:
- Оставим ненадолго настоящее и то далекое прошлое и переместимся немного вперед по линии истории. Конечно, она охватывает множество событий, но сегодня я расскажу только про одно. Когда человечество уже плотно осело на Землях Иных и построило не одну империю, началась история маленького острова под названием Криат. Название он это получил из-за сорняка "криато" - единственно ценного, что могло быть на этом уединенном далеком островке. В те давние времена, когда империи сменяли одна другую, жить было не то, чтобы опасно, но не вольготно - это уж точно. И люди, и маги, и все расы, населяющие Иноземье, старались объединяться. Так появлялись "братства", "ордены", "гильдии"... В основном - сброд инакомыслящих юнцов, но хватало более серьезных собраний. На этой волне никто и не обратил внимания на очередной орден, тем более, что располагался он локально и в месте, особо не интересующим власти. Но кому какое дело до сорняка под названием "криато", пусть он и лечит от некоторых очень специфических болезней? Да и кому какое дело до маленького острова под названием Криат, где кроме этого сорняка и брать-то нечего? И уж тем более, кому какое дело до ордена с не менее оригинальным названием "Орден Криата", когда в городах беспорядки, когда в столицах совершают покушения, когда каждый второй "ниже креслом" норовит "подсидеть"?
Джон перевел дух. Его трубка уже не дымилась; и он почти забыл о ней, используя мундштук, как продолжение указательного пальца.
Дима, который давно ждал подобной передышки, смог, наконец, погрузиться в себя и подумать. Голос Джона - то мягкий и успокаивающий, то резкий и надрывный - мешал ему это сделать. Он думал о тех, кто, возможно, не знает обо всем этом. Об этом мире, о непонятном еще Потоке. И о тех, кто никогда не узнает. Тогда почему - и этот вопрос стал ползать среди переплетений извилин мозга, как змея - почему именно они? У них с братом было много друзей - и общих и своих - и все они гуляют с подругами, отдыхают на природе, некоторые - балуются травкой... Почему? Почему они только читают в книгах или смотрят в фильмах - да неважно как они узнают то, что Дима сейчас слышит от своего "дяди-долгожителя"? Если бы только поменяться с ними местами. И никогда не знать о Эльфийских Королях и Великих Войнах. Если бы...
Но Джон уже продолжил рассказ; и Дима, вырванный из "себя", так и не узнал, что бы было, "если бы..."
- Никто не заметил. Никто не обратил внимания. А тем временем маленький орден уже объявил себя Империей. И решил начать войну. Никто не заметил. Никто не обратил внимания. Никто. Кроме начальника стражи небольшого городка Хорстен и молодого солдата с приграничных земель. Он служил на границы с Семипионом – одной из областей империи. Самой маленькой. Ее еще называли Тихими Землями. Как он узнал об этом, этот никому неизвестный солдат - загадка, так как сразу же после того, как он вышел из кабинета упомянутого начальника стражи, где рассказал все, что знал… он был убит неизвестным. Прямо на пороге. А через час тот самый начальник стражи был найден мертвым за городскими воротами. Конечно, власти узнали обо всем этом практически сразу, но... Правильно! Никто не обратил внимания. Через два дня Хорстен пал. Агенты ордена, а вернее уже Империи, были всюду. Они раскинули свои сети не только в Хорстене, но и во многих ближайших городах. Но никто и не заметил. Всем было… наплевать! – Джон явно хотел сказать другое слово, но сдержался. Однако рука, сжимающая трубку, подрагивала, а из голоса испарились смешливые нотки. - В Хорстене на тот момент проживало сорок тысяч человек. Выжило сто. СТО ЧЕЛОВЕК! Из сорока тысяч! Такая же история и с ближайшими городами. И только когда на стол начальника тайной полиции лег конверт, внутри которого был кончик мизинца сына императора, стало известно, что началась война. Война двух империй. Империи Иноземья и Торианской империи. Название это, она, скорее всего, получила из-за слова Торий – так в ордене назывался глава. Была объявлена всеобщая мобилизация, и, потеряв с десяток городов и огромное количество жизней, объединенная армия смогла, наконец, выступить. Уже на последнем рубеже. У подножья Слепых Гор. Если бы Криатские войска перешли Горы, Иноземью бы пришел конец. Именно там, на Персемских равнинах и произошло самое страшное и долгое сражение из всех, что когда-либо видело Иноземье. Можно даже сказать, что в началась новая война. Тогда-то на сцену истории и вышли трое великих... Нет, ВЕЛИКИХ! - Джон даже привстал, произнося это слово. Казалось для него то, о чем он говорит, имело особое значение, - мага. Мага всех времен. И когда никто уже не мог сказать, кто же выживет в этом последнем сражении, они создали самую страшную, но невероятную силу. Эта сила называлась Тени, и именно она была способна остановить не только сражение, но и войну. Теней было три: тень человека, тень мага и тень цетирона (мифического существа, в чьих жилах якобы течет кровь всех существ, чувствительных к Потоку). Как вы наверно уже догадались, Тени могли управлять своими "подопечными". Тень человека могла остановить или направить человека, тень мага - соответственно мага, а тени цетирона - были подвластны все существа, населяющие Иноземье. И в тот же день война была окончена. Последние схватки произошли около города Мориэн, и там же на главной площади возникли Тени. Это было нечто! - Джон возвел руки к потолку. - Подобное зрелище ни представить, ни описать.
- А что они сделали? - подал голос отец. Он сидел, скрестив ладони, и со странным выражением наблюдал за другом. Но задав вопрос он сменил это выражение на обычное, невозмутимое.
- Тени? - переспросил Джон и, не дождавшись ответа, который и так был ему известен, сказал: - Они осудили. Справедливо.
На лице отца снова появилось это выражение, и Дима догадался - отец не верит в правосудие. И, зная Джона, он был удивлен, слыша от него нотки восхищения какими-то пришлыми судьями.
- И бескровно, - добавил Джон, выделив это слово. Затем он замолчал, переводя взгляд с Антона на Диму. А потом на отца. Саевы молчали. Больше вопросов не было, и Джон, еще немного помолчав, продолжил этот странный невероятный рассказ:
- С тех самых пор Тени являют собой нашу верховную власть. Остановив войну, они ушли куда-то в дальние миры. Исполнять свою волю они оставили Природные Силы, заключенные в руках Великих. Но не тех магов, что создали их, а четырех Наследников. Как вы поняли, этими силами были: Огонь, Вода, Ветер и Земля.
- Повелители стихий, - недоверчиво хмыкнул Антон. Несмотря на то, что он верил Джону, Саев все еще не мог осознать эту реальность.
- Нет, - расхохотался Джон, словно Антон сморозил неописуемую глупость. - Они всего лишь часть этих стихий. Ответственная часть.
- Все равно не очень понял, но продолжай, - махнул рукой Антон, слегка уязвленный.
Дарэн мельком глянул на бывшего племянника и продолжил:
- Конечно, на креслах руководителей эти самые Наследники не сидят. Фактически Новой Империей руководят Наместники. Наследники нужны лишь для экстренного созыва Теней. Который, - Джон наклонился и подмигнул другу, - никому к черту не нужен.
Отец улыбнулся и удовлетворенно кивнул другу. Джон в этот момент встал и, потянувшись, огляделся по сторонам, заодно похлопав себя по животу - трубки в его руках уже не было. Антон вспомнил, как часто в детстве удивлялся тому, что из рук дяди как по волшебству исчезают разные предметы. И очень радовался фокусу с монеткой. Особенно, конечно, если это была папина монетка - а иногда и купюра! - потому что, как только она снова появлялась в руках дяди, она "пропадала" в руках племянника. Правда, папа почему-то этому не радовался.
- Что бы выпить? - лицо Джона исказилось в гримасе задумчивости.
- Ты закончил? - раздался резкий незнакомый голос, и Антон чуть не подпрыгнул на месте, все еще обитая в собственных воспоминаниях.
Все обернулись В дверях стояла невысокая тучная женщина лет шестидесяти с аккуратно уложенными вьющимися волосами, едва тронутыми сединой. Она стояла, руки-в-боки и глядя на Джона. В ее глазах блестел огонь - и не только из камина - а на губах играла легкая улыбка. Несмотря на то, что братья видел эту женщину всего пару раз, они сразу узнал свою бабушку. Ту самую не совсем дружащую с головой. Однако, теперь так не казалось. И Дима прекрасно знал причины этого.
Если на лице бабушки братьев Саевых играла легкая непринужденная улыбка, то Джон, буквально, весь расплылся в ликующей торжествующей ухмылке. Той самой, которую так сложно удержать и еще сложнее подделать.
- Кого я вижу! - раскинув руки, словно собираясь сжать в объятиях весь мир, воскликнул Джон. Он обошел друга, который глядел на тещу с неуверенной улыбкой, и чмокнул ее в щеку.
- Позвольте вам представить! – громогласно оповестил Джон, обняв женщину за талию. Она, широко улыбаясь, разглядывала Саевых. - Арианна Эйнис. В девичестве Арианна Симеон!

Аватара пользователя
Елена52
Сообщения: 1443
Зарегистрирован: Чт фев 04, 2010 4:36 pm
Пол: Женский
Antispam: Да

Re: Атика (пролог + часть первой главы романа-фэнтези)

Сообщение Елена52 » Пт ноя 18, 2011 10:43 pm

Спасибо, прочла и жду продолжения :)
Изображение

Tabic
Сообщения: 25
Зарегистрирован: Вс июн 05, 2011 3:53 pm
Antispam: Нет

Re: Атика (пролог + часть первой главы романа-фэнтези)

Сообщение Tabic » Вс ноя 20, 2011 10:12 pm

Глава 2
Коридор доверия

- Неожиданная концовка – любимая присказка Антона звучала как нельзя кстати.
Их дражайшая бабушка - Арианна Симеон? Как это возможно? Даже "Джон - не дядя" и "Джон - друг самого первого хозяина дома" не впечатлило Саевых так, как это.
Отец первым вышел из ступора и обнял Арианну. Она что-то прошептала ему на ухо - Антон не расслышал - и крепко сжала зятя. Дима последовал примеру отца, сделав несколько неуверенных шагов вперед, тогда как Антон остался стоять на месте. Он глядел на бабушку, как на прокаженную, не решаясь подойти. Замешательство длилось всего мгновения – старший брат, опомнившись, с искренней радостью позволил переломить себе хребет в объятиях. Обняв внуков, женщина не выдержала и расплакалась. Затем подняла голову и, взглянув им в глаза, прошептала: "Дайте время, и вы все поймете". Теперь Антон понял, что нечто подобное она сказала и его отцу. "Поймем, куда мы денемся? - чуть шевеля губами, промолвил Дима. - Мы дядьки взрослые". Арианна утерла слезы кончиком рукава и отпустила внуков.
- А я приехала, - жизнерадостным тоном начала Арианна, как только они уселись. Еще одно кресло Дима притащил из столовой. Саевы расположились привычным образом. - Смотрю - ни души. Думаю: "нормально дела обстоят!". Тут мне Фред под руку попался, сказал: "Джон там опять сказки рассказывает".
Дарэн, услышав это, насупился. До Антона донеслось: «Ну, 67767 плешивый! Увидишь ты у меня прибавку!»
- Я и решила подождать, - улыбаясь до ушей, продолжила Арианна. Затем, наклонившись к Саевым, прошептала, но достаточно громко: - Я-то это все черти сколько раз слышала, - и, зыркнув на Джона, добавила: - Вы себе не представляете, как он любит рассказывать эту историю. Просто хлебом не корми.
- Так! - искренне возмутился Джон. - Это что тут за подрыв авторитетов?
- А? Что? - как ни в чем не бывало, спросила Арианна. - Ты бы лучше, вместо того, чтобы кормить их байками, открыл бы бутылочку, накрыл бы столик. Посидели бы душевно, поговорили бы.
"О, - мысленно потер руками Антон. - Мы с ней сработаемся!". И глядя, как загорелись глаза у брата, понял, что тот мыслит в том же направлении. Даже отец, хоть и брови его сравнялись с корнями волос, был явно доволен такому повороту событий.
Джон вздохнул, с улыбкой покачав головой и, набрав воздуха в грудь, крикнул:
- Фреееед!
Уже через час беседа приобрела "душевный" характер.
- Я, мальчики мои, - слегка заплетающимся языком сказала Арианна. Последние минут пять или десять или пятнадцать – Антон немало захмелел, поэтому за временем не следил - она держала вилку с насаженной на нее картофелиной у рта, безуспешно пытаясь определиться - есть или говорить, - не могла приехать сюда. Клаус, - она назвала это имя непринужденно, однако Антон слегка мутными глазами, но смог разглядеть как полыхнули ее глаза, - наложил на дом... - как его? - отворот? Или как он называется? Джон, блин! - но Джон только махнул рукой. Они с другом обсуждали куда более важные темы: не то футбол, не то машины.
- А и ид-д-ди ты! В общем, суть в том, что ни я, ни кто-то из моих детей не мог попасть в этот дом и не погибнуть тут же.
Налив им троим еще по одной, Антон поинтересовался:
- А как же мы?
- Кто "мы"? - не поняла Арианна, жадно глядя на наполняющиеся стопки.
- Ну, я и Антон, - пояснил Дима вместо брата. Он заметил эту несостыковку в словах бабушки. Ведь они же являются не много не мало ее потомками, однако смогли попасть сюда. И без последствий. Ну, п-п-практически.
- Ах, это, - не дождавшись стопки, Арианна сама перегнулась через стол и молодецки "опрокинула" ее. - Здесь, мальчики мои, сложилась одна интересная история. Когда я убежала с ребенком в утробе - ребенком Драго - я еще не знала всей правды. Только спустя двести с лишнем лет узнала: у Сайфера был ребенок. И наши семьи однажды сошлись. Так что, ребятки, в вас не только моя кровь течет. Но и кровь Сайфера. Она являлась проходным билетом в этот дом. Но теперь это уже не важно, - Арианна вздохнула, - Сайфер покинул этот дом и где он сейчас, даже Теням не известно. Но мы его найдем! - она сказала это необычайно крепким голосом. Таким сильным, что Дима решил поверить. Для убедительности Арианна даже съела, наконец, эту несчастную картофелину.
- ЗА ЛЮБОВЬ! - послышалось с другого конца стола. Джон с отцом с необычайно серьезными лицами чокнулись - чуть стопки не разбили! - и оглоушили очередную порцию. Затем повернулись к Арианне и детям и виновато улыбнулись.
- Закусывать надо! - засмеялся Антон.
- Поучи мне еще, - не зло ответил отец и громко расхохотался неизвестно чему вместе с другом.
- Слушай, - Антон наклонился к брату. - У тебя курить осталось?
- О том же подумал, - хмыкнул Дима и на секунду задумался. - Да, в комнате вроде были.
Братья встали из-за стола - движения этого никто и не заметил: отец с Джоном вели спокойную беседу, а Арианна мечтательно смотрела в потолок, подцепив на вилку новую картофелину.
Подняться из-за стола? Легче сказать, чем сделать! Внушительное количество пищи, да и алкоголя давали о себе знать: желудок был готов распластаться по полу, а голова рухнуть сверху. Кое-как поднявшись, братья вышли в прохладный холл.
- Фуух, - выдохнул Антон. - Небо и земля.
- Ага, - ответил Дима, слегка вытаращив глаза из-за сменившейся обстановки.
Из-под двери немного сифонило, что придало Саевым нужные силы на подъем.
Преодолев лестничный пролет и даже часть коридора, они ввалились в свою комнату и, пока Антон искал сигареты, Дима плюхнулся на диван.
- Слушай, - задумчиво произнес он, глядя на опускающиеся сумерки за окном. Ему показалось, что в темноте сверкнули чьи-то ярко-зеленые глаза. Но обвинив во всем изрядное подпитие, он тут же забыл об этом.
- А? - не дождавшись продолжения, спросил Антон. В том хламе, что развели они здесь за неполные три недели, не то, что сигареты; Антон брата не нашел бы.
- Я вот подумал, а что мы теперь делать будем, а? - и Дима, встав с дивана, открыл окно. Пахнуло чем-то приятным. Свежим.
Антон, победно хмыкнув, достал пачку из сумки, с которой его брат приехал. В этой сумке лежали его вещи. «Он хотел уехать?» - отстраненно подумал Антон и повернулся к брату. Тот стоял спиной к нему у открытого окна. Антон грешным делом подумал, что Дима не дай Бог сейчас вывалится, отчего поспешно ответил:
- Давай покурим и обсудим.
- С удовольствием, - улыбнувшись, сказал Дима.
Они вышли из комнаты, и младший Саев, перед тем как закрыть дверь снова глянул на окно.
«Почему? - Потому что мы родились, мальчик…»
На улице, как братья и догадались, дул свежий ветерок. Наступал вечер, и чуть ли не самый жаркий день этого лета, наконец, сдавал свои позиции.
Братья спустились с холма и у самого его подножья решили не идти дальше и уселись на землю. Земля, прогретая за день, теперь выпускала тепло; и этот контраст со свежим воздухом снаружи, а еще сдобренный приятным шумом в голове, вызывал довольно-таки приятные ощущения. Конечно, молодым людям можно было бы обойтись без сигарет, но кто им об этом скажет? Сигарета тянулась легко и непринужденно - "промасленный" алкоголем желудок не противился едкому дыму.
- Что делать, говоришь? - произнес Антон, как следует затянувшись. Брат никак не отреагировал, зная, что вопрос Антона не ищет ответа. - Учиться жить заново. По новым законам. А что ты предложишь еще?
- Я не знаю, - помотал головой Дима. - В том-то и дело.
- Знаешь, что мне это напоминает? - глядя на почти беззвездное небо, но оттого не менее красивое, сказал Антон.
Дима неопределенно мотнул головой.
- Как будто ребенку дали игрушку, а через два дня отобрали и дали трактор.
Дима кивнул и уголек сигареты, торчащей из его зубов, нарисовал в темноте вертикальную линию.
- Хорош трактор, - оглядевшись по сторонам, заметил Дима.
- Да уж, неплох, - хмыкнул Антон, щелчком отбросив окурок. Но вставать не было ни сил, ни желания, поэтому он только положил руки на колени.
Дима не знал о чем думать. Мысли выветрились из головы, как тепло от сквозняка. Может виной тому был алкоголь, а может и самое сумасшедшее лето в его жизни... Дима был выпотрошен, и усталость сковала его как громадный спрут.
- Чего-то ничего в голову не лезет, - вздохнул Антон, глядя на деревья, слово те были центром идей.
Дима усмехнулся, но говорить очевидное не стал. Братья ведь – вот и мыслят об одном и том же. Так у них всегда было.
- А скажи-ка мне, брат мой... - Дима хотел добавить что-нибудь еще, что-нибудь ироничное; но не стал, а просто закончил фразу, когда Антон к нему повернулся. - Что же с тобой случилось в лесу на самом деле. Не думаешь ли ты, - он еще не закончил, как понял, что попал в точку - лицо брата изменилось, появилась ехидная улыбочка, - что я поверил в ту чушь, что ты тут наплел. Про одинокие блуждания по лесу. И таинственное, счастливое, неожиданное возвращение.
Пока Дима говорил, Антон неустанно кивал. Он уже давно собирался рассказать брату всю правду. И искренне недоумевал, почему тот не задает никаких вопросов. Ведь задавать вопросы – его любимое занятие.
- Да, да, да, - сказал Антон, когда Дима кончил с вопросами. - А, кстати, неужели я так плохо вру?
- Ужасно, - скорчил рожу Димон, и они оба рассмеялись. - Ты не отходи от темы, - зная повадки старшего брата, сказал Дима.
Антон еще раз кивнул, закурил и начал рассказ. Он не утаил ничего. Ни пугающего путешествия по лесу, ни странной избушки, ни не менее странного хозяина этой избушки. Ничего. Он собирался рассказать все до конца, но из дома послышались громкие голоса и братья отвлеклись.
"Хорошо отдыхают", - улыбнулся про себя Антон. Но почему-то ни он, ни Дима не услышали радостных пьяных воплей, или на крайний случай - песнопений. Вместо этого до их ушей донеслись встревоженные мужские голоса; а от дома повеяло - и парни могли поклясться в этом - страхом.
Братья переглянулись и рванули вверх по холму - к дому.
"Что?" - кружилось в голове Антона одно только слово, эхом отдавался стук сердца и топот их с братом ног.
Уже почти на пороге братья увидели выскочивших Джона, а за ним отца.
- В дом! - почти в один голос воскликнули они. Этот объединенный голос был пропитан растерянностью.
Ничего не понимающий Антон отметил, что даже ветер стих, а вместе с ним испарился и алкоголь.
- Живо, - отец грубо схватил за шиворот бежавшего впереди Антона и толкнул его к двери.
В холле, который теперь был не просто прохладный, а промерзший, стоял Фред и смотрел на них с напряженным лицом.
- Что слу..? - начал было Дима, но отец перебил его:
- Арианна пропала!
- Ее похитили! - добавил Джон, и, помедлив, сказал другим, задумчивым тоном: - Сайфер.
- Кто? – спросил Антон, хоть и сам знал ответ.
Джон уже подозвал Фреда и, надев свитер, протянутый дворецким, что-то прошептал тому на ухо. Бартон, мрачнея на глазах, никак не реагировал; но, в конце концов, коротко кивнул и отправился в боковую дверь - коридор, оканчивающийся комнатой для прислуги.
- Сайфер, Сайфер, - раздраженно ответил отец и, переглянувшись с Джоном, быстрым шагом пошел к лестнице. Преодолев два пролета в несколько прыжков, он скрылся в коридоре третьего этажа.
"В свою комнату пошел", - подумал Дима и повернулся к Дарэну.
- Скройтесь в своей комнате, - на вдохе произнес Джон. - И не выходите оттуда, пока отец или я вас не позовем. Поняли?
Братья молчали, как завороженные оба глядя на дверь.
- Поняли? - тон Джона не изменился, но было ясно, что он на взводе.
- Да, - в один голос ответили Саевы.
Они поднялись по лестнице, потратив на это чуть больше времени, чем их отец и свернули в коридор. Только в тот момент, Дима перестал чувствовать странное тяготение со стороны улицы. Как будто там, за дверью, скрывается нечто, способное в один присест сожрать их, а вместе с ними и весь дом.
Заходя в коридор, Антон, мельком увидел, как к Джону подошел Фред. На дворецком был темный плащ, полностью укрывающий его.
- Ничего не понимаю, - только и сказал Дима, когда полумрак комнаты расеялся. Они оставили дверь открытой, чтобы быть в курсе происходящего в доме.
- Да я тоже, братуха, - выдохнул Антон.
- Сайфер? Мы же его...
- Ну не уничтожили, конечно, но выгнали из дома. Как он здесь оказался-то?
- Мистика, - прошептал Дима, взглянув за окно - темно.
- А главное зачем? - Антон присел на диван и упер руки в колени.
- Может быть, - Дима на секунду задумался, - с ней у него связаны особые воспоминания.
Антон издал нервный смешок. И, когда брат бросил на него недоуменный взгляд, пояснил:
- Ну не показался он мне впечатление романтиком.
- Допустим, - согласился Дима, хоть и был уязвлен.
Антон глубоко вздохнул. Оба замолчали, осознав свою беспомощность – «трактор» оказался им не по умам.
- Да и они опять задвинули нас куда подальше, - с легкой злобой проговорил Дима, сев рядом с братом. Стоять он не мог, а ходить взад-вперед не было сил.
- Ну... - начал было Антон, но Дима раздраженно отмахнулся:
- Да я все понимаю. Забота о нашей безопасности и все такое, но от этого не легче. Мы мало на что способны, - он вздохнул, глядя в проем двери. - По крайней мере, они так считают.
- А они разве ошибаются? – спросил у своих коленок Антон.
- Думаю, что нет. Но одно дело - знаю, другое - хочу.
Антон, как всегда промолчал.
Внизу все вроде бы утихло, но спокойствия это не добавляло, даже наоборот. Антон тихонько - сам не зная почему - встал и подошел к двери. Коридор был пуст, и он махнул рукой брату. Вдвоем они, крадучись, приблизились к лестнице, и Антону вспомнился давний случай, когда они также шли по этому коридору, еще не зная... Антон даже не смог представить всего того, чего они тогда не знали. Когда это было? Неделю? Две назад?
"Жизнь, - прошептало сознание, - жизнь назад".
Назойливая как муха мысль жужжала в мозгу Димы: "Они мертвы. Поэтому так тихо". Джон лежит на полу, широко раскинув руки; рядом Сергей в неестественной позе: руки изломаны под разными углами, а ноги сплетены в районе стоп; Фред, так и не дошедший до двери, лежит лицом вниз, прикрытый распахнутым плащом. И глаза. У Джона и Сергея они широко раскрыты в последнем всплеске ужаса...
Холл был пуст, но по лестнице к ногам поднимался холод, захвативший все внизу. А кроме этого странного холода братья не ощущали ничего, даже присутствия родных. Переглянувшись и бросив быстрый взгляд вниз, они взбежали по лестнице на третий этаж.
"Куда все подевались?" - это даже не нужно было спрашивать - вопрос витал в воздухе.
- Эй! – воскликнул Дима, но Антон, сам не зная почему, щикнул на брата. Как будто в доме находился тяжело больной или умирающий, и нужно соблюдать тишину.
Дима старался не моргать: как только веки смыкались, в эту секунду он снова видел тела. Снова и снова… Отец ползет по залитому кровью полу в каком-то узком проходе. Вместо ног у него кровавые обрубки. Вдалеке слышится голос. Смех...
Он где-то слышал этот смех. Но сейчас ему было наплевать, так как впереди их ждал слабоосвещенный коридор третьего этажа. Абсолютно пустой, в этом не было сомнений, но братья, не сговариваясь и уже не переглядываясь, шагнули в темноту. Они были не вправе отступать, так как дело касалось самых родных им людей.
- Папа! - вырвалось у Димы. Антон аж вздрогнул, но прислушался - тишина.
Они наперебой стали звать отца, Джона, Фреда. Никакого ответа. И тут снизу, когда они замолкли, чтобы перевести дух, послышались громкие голоса.
- Антон! Дима! - кричал кто-то, вроде бы Джон. Ему вторил отец.
Не помня себя, братья побежали вниз и уже на лестнице столкнулись с Джоном.
- Мать вашу! - рявкнул отец, появившись из-за его спины. - Вам что было сказано?
Дима посмотрел на отца, взволнованного, если не перепуганного и... заорал на него. Что он говорил, он не помнил, но суть сводилась к тому, что пора бы ему пересмотреть свое отношение к детям. Антон ошеломленно смотрел на брата: что бы тот хоть раз повысил голос на отца? Да ни в жизнь. Отец был для него непререкаемым авторитетом. Ткнув его в бок, Антон, тем не менее, подержал брата. И выступив вперед, стал доказывать кто здесь не прав.
Словесную перебранку прекратил Джон. Подняв вверх обе руки, он громко крикнул:
- Стоп!
Отец стоял, как громом пораженный: поведение сына ошеломило его не меньше, чем Антона. Тем не менее, в глазах его угадывалась резкая, как зубная боль мысль: сын изменился.
- Пускай помогут, - совсем другим тоном сказал он, обращаясь неизвестно к кому, но ответил ему Джон:
- Я уже об этом подумал.
- Пошли, - отец спустился вниз.
Внизу он перевел взгляд с Антона на Диму, который уже и не рад был, что рот открыл, и сказал:
- Нам нужно защитить дом. Неизвестно, появится Сайфер здесь или нет, но после всего, что случилось... - он замолчал, мельком глянув на друга.
- Арианна у него. И мы ей сейчас помочь не можем. Все будет известно, когда вернется Фред.
- А куда..? – открыл, было, рот Дима, но Антон, стоящий вполоборота к нему, округлил глаза.
- Следите за тем, что мы делаем, - сказал отец, закатывая упавшие рукава рубашки, - и повторяйте.
Он подошел к стене, прикоснулся к ней ладонью и что-то произнес. Произнес довольно четко и громко, однако Саевы не разобрали что именно. Джон, который стоял у них за спиной прошептал:
- Римиоло. Он говорит Римиоло. Это заклинание защиты. Довольно мощное, придуманное Великими. Теми самыми.
- Ко всему прочему, это тюрьма, - пояснил отец. - То есть никто не сможет ни войти, ни выйти. Пока заклинание не будет снято.
- Защитить нужно каждую дверь дома, - сказал Джон, присоединившись к другу и тоже закатав рукава. - Слышите, каждую!
Он прикоснулся к стене одной рукой, а затем другой сделал жест, который братья до этого пропустили. Второй рукой Джон обвел полукруг и соединил обе руки, прошептав: "Римиоло".
- Действуйте, - сказал он, обернувшись к братьям. Попробуйте на той двери, - он кивнул на боковую дверь. - Вдвоем.
Саевы подошли к указанному месту и повторили жест. Они не ожидали, что что-то из этого выйдет, однако, под ладонями вдруг почувствовали жар, идущий шлейфом за движением руки. Джон подошел к ним и, охнув, округлил глаза.
- Ого, ничего себе! - он провел рукой по двери. - Да вы можете и по одному работать. Так и быстрее будет.
Переполняемые гордостью, братья разделились. Дима поднялся на второй этаж, Антон - на третий. И началась работа. Подходя к каждой двери, Антон совершал незамысловатые действия. И ребро ладони щекотал теплый воздух. "Это, конечно, хорошо, - рассуждал парень, защищая очередную дверь, - вот только как понять - получилось или нет?"
Оглянувшись назад - он прошел уже пять дверей - Антон решил закрепить заклинание. Но подойдя к уже пройденной двери и проведя рукой, он почувствовал только, как рука отталкивается, словно два одинаковых полюса магнита.
Снизу раздался голос Джона. Наверное, тот обращался к Диме.
- Достаточно одного раза. Второй раз уже не подействует.
Антон кивнул сам себе и продолжил работу. Минут через десять коридор был пройден, и Саев уже было собирался спросить у Джона - что делать дальше, может подняться выше; как входная дверь распахнулась, и вошел Фред. Он был все в том же плаще, но голову его скрывал капюшон, который он тут же снял. Дима плохо видел его лицо: дворецкий сразу повернулся к Джону, стоящему у дверей и что-то зашептал ему на ухо. Но даже быстрого взгляда было достаточно - Бартон сильно взволнован.
Джон кивнул и похлопал его по плечу. Затем повернулся к остальным:
- Дима, Антон, подойдите сюда.
Братья послушались.
- Прежде всего, - Джон опустил рукава. Все последовали его примеру, - закончим то, что начали. Возьмитесь за руки.
После того, как Саевы и дворецкий выполнили его просьбу, он продолжил:
- Больше вам ничего делать не придется. Просто закройте глаза. И не отпускайте руки друг друга.
Все, кроме Бартона, кивнули.
В следующее мгновение их «круг» словно пронзило током. Руки свела судорога, и Антон, памятуя наказ Джона, лишь крепче сжал ладони брата и отца. Лицо обдало жаром, пол начал нагреваться, и, в тот момент, когда Антон уже хотел открыть глаза, отпустить руки и отпрыгнуть – подошвы кроссовок больше не защищали от раскаленного пола (Антон даже подозревал, что они просто-напросто расплавились) – нечто вдруг вспорхнуло и понеслось к потолку. Антон не выдержал и открыл глаза. Скорее от неожиданности, чем от любопытства. Но закрывать их уже не было смысла – все спокойно смотрели наверх. Туда, куда унеслось «нечто». Подняв голову, Антоха судорожно вздохнул. Под самым потолком с мордой обезьяны висел и искрился шар, метров пять в диаметре. И от него по потолку «растекался» свет. Он заполнял все, каждую щелку в потолке, в стене, «стекая» вниз. Выглядело это так, словно они все собрались под огромным прозрачным куполом, а снаружи, сверху кто-то разлил окрашенную воду. И вот она медленно, не оставляя белых пятнен текла вниз; и на поверхности оседал густой слой этого вещества. И вот, когда последняя капля оказалась на уровне земли – прошло не менее пяти минут, но Саевы, Джон и Бартон наблюдали за этим движением, не отрывая глаз – все вмиг исчезло. Интерьер снова приобрел старые черты.
Джон повернулся к братьям и, подозвав их, сказал:
- Мы с Серегой должны отбыть ненадолго...
Антон возмущенно охнул, Дима тоже не смог смолчать; но Сергей мигом прервал все возражения:
- Как я понимаю, - отец не смотрел на Джона, но Дима прекрасно понял, что они успели переглянуться. И договориться. Они понимали друг друга без слов, - ехать должны двое. Именно поэтому вы и должны остаться дома. Иначе все будет насмарку.
- Вы останетесь с Фредом, - вставил Джон. - На него, - его лицо передернула нервная усмешка, - можно положиться.
Все рассмеялись. Даже Фред хихикнул. Воспоминания были еще свежими.
- Нет, я серьезно, - Джон не мог сдержать улыбки, хотя обстановка не способствовала радости.
- Хорошо, хорошо, - быстро согласился Антон, и Дима увидел в его глазах знакомый огонек.
Джон пристально посмотрел на братьев, но больше не сказал ни слова. Они с отцом поднялись наверх, оставив парней наедине с Фредом. Он выглядел уже куда спокойнее. Плащ он перекинул через руку и остался в своем фирменном френче. Дима только сейчас заметил, что пиджак выглядит так же, как и при их первом знакомстве: не единой складочки, только на шее небольшой загиб. Интересно, отчего он?
- Вы можете мне верить, - гулко произнес Бартон, жестом предлагая Саевым подняться. - Когда-нибудь, когда будет возможность, я вам все объясню.
- Хорошо, - не стал спорить Дима. В его голове созрела одна мысль. Теперь главное - оказаться в комнате, и вдали от глаз родных. И дворецкого.
Как только дверь за ними закрылась, и братья удостоверились, что их никто не услышит; Антон прошептал:
- Я знаю, кто нам может помочь выбраться отсюда.
И затем в один голос выпалили:
- Зоран!
- А он поможет нам найти Джона? - в голосе Димы слышалось легкое недоверие.
- Я думаю, он знает больше, чем мы, - просто ответил Антон.
Он все прислушивался к двери. Вдруг шаги? Отец или Джон вмиг зарубят их идею. И тогда точно "все пойдет насмарку".
Дима слабо понимал, как какой-то отшельник - а именно так он себе и представлял этого Зорана - поможет разобраться во всем? Но желание уйти из дома все-таки брало верх. А уж потом и убраться из этого края. Почему-то он был уверен, что Арианна где-то далеко.
Антон, наконец, отошел от двери и окинул взглядом комнату. Что-то было не так. Как будто в комнате был ремонт или перестановка. Что-то, что было здесь раньше, исчезло. А может это вообще не связано с комнатой? Антон подошел к шкафу и провел по нему рукой, сняв слой пыли.
- Что с тобой? - спросил Дима, облокотившись на подоконник.
- Сейчас, сейчас, сейчас, - затараторил Антон.
Теперь он был уверен: это не связано с комнатой. Они с братом упустили какой-то момент. Или сделали что-то не то. Или решили что-то не так. Но почему Антон подумал о комнате? Что в ней его смутило? Закрыв глаза, Саев напряг все свое нутро, заставив мозг работать на максимуме. Вместо темноты он увидел красочную линию. "Поток, - сообразил он. - Но мне не в помощь. Пока...". Тем не менее, Антон позволил Потоку унести себя подальше от тела. Это было великолепно. Но ловить кайф не было времени, поэтому Саев "направил" себя в комнату. Он видел все. Буквально каждую пылинку. Все виделось ему, как под увеличительным стеклом. И он услышал собственные мысли: "И это комната? Это чулан. Тюрьма"
Тюрьма... ТЮРЬМА!
Антон открыл глаза. Комната изменилась. Он догадался - только что он видел детали той комнаты. Той, которую увидел и рассмотрел в первый раз. Он каким-то образом смог попасть в собственные воспоминания. И детально их рассмотреть. Даже "почувствовать".
"И это все? - разочарованно подумал он. - Нужно было так стараться, чтобы понять, какой я склеротик?!"
- Мы не сможем выбраться отсюда, - понурив голову, вслух произнес он.
Брат нахмурился, но терпеливо дожидался объяснений.
- Помнишь, что отец сказал про это заклинание? - и Антон руками повторил жест.
Какую-то долю секунды на лице Димы все еще было застывшее недоумение, но тут же его сменило разочарование. Он развернулся на подоконнике и попытался открыть окно. Безуспешно. Заклинание действительно действует не только на "вход". Но и на "выход".
Дима выругался, обреченно глядя в темноту.
Внизу послышались голоса, скрипнула дверь и все стихло. Сергей с Джоном уехали, а братья остались наедине с Фредом.
Дворецкий постучал в дверь их комнаты и тихонько приоткрыл ее, не услышав ответа.
- Да, мы слышали, - как только Бартон открыл рот, произнес Антон.
Дима посмотрел на дворецкого. В полумраке он казался невероятно старым: на лбу залегло несколько глубоких морщин, щеки провалились, отчего даже круглое лицо выглядело болезненно худым. Спина Бартона, казалось, согнулась еще больше. В общем, бравый мужчина, вышедший навстречу Саевым в первый день в доме, куда-то исчез. На его место пришел больной и немощный старик, глядящий на мир исподлобья усталыми глазами. Карего цвета, как заметил Дима. Даже в полумраке, Димон разглядел теплый оттенок этих глаз, а не тот серый холодный взгляд, что раньше.
Антон жестом пригласил дворецкого – тот все еще выглядывал из-за полуоткрытой двери – пройти в комнату. Затем – также жестом – попросил закрыть за собой дверь.
- А теперь, - прокурорский тон Антона уже не удивлял Диму так, как раньше, - объясни-ка нам, почему мы должны тебе доверять?
- Вы? – интонация дворецкого выдавала его искреннее удивление. И волнение. – Вы не обязаны мне доверять. Вы можете мне доверять. Джон мне доверяет, - после длительной паузы, поделился он. Видать, рассуждал открывать ли этого «туза в рукаве» или нет. Он прекрасно понимал, что Саевы клюнут на имя Джон.
Антон мотнул головой, мол «продолжай».
- Почему? – Бартон правильно понял очередной жест Саева. – Почему он мне доверяет?
Антон кивнул, подавив улыбку. Какой же он бывает немногословный, когда злится.
- Я обязан жизнью его отцу, - тон Фреда изменился. Да и сам дворецкий, хоть в комнате и стало темнее, было видно - помолодел лет на двадцать. Теперь это была скала. Несокрушимая скала разговаривала с братьями Саевыми, которые сами себе казались муравьями в темном муравейнике у подножья. Если еще не меньше.
- Этот человек спас меня. Даже больше, - Фред пригладил не густые волосы. – Он подарил мне жизнь.
Темнота вокруг все сгущалась. Остаток фразы Бартона никто не услышал- слова повисли в напряженной тишине. Что-то происходило. В закрытое окно все также заползал бледный свет неполной луны, но в комнату он не проникал. «Неужели заклинание настолько сильное, что действует даже на свет?» – глядя на силуэт брата, думал Антон.
- Тсс, - Бартон приложил палец к губам. В этом коротком звуке было больше напряжения, чем во всей ситуации.
Силуэт Бартона (в темноте теперь едва проглядывался и он) отошел к двери и открыл ее. В комнату проникло немного света, но намного меньше, чем должно было: весь дом погружался во тьму. Медленно, но уверенно.
- Идем, - послышался голос дворецкого.


Вернуться в «Проза»

Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и 1 гость